Апрель 19th, 2008Китай – удивительно фотогеничная страна, во многом благодаря соседству древнего и современного. Пейзажи, будто сошедшие с древних гравюр, императорские дворцы и стеклобетонные символы «китайского экономического чуда». Подростки, увешанные всевозможными гаджетами, под руку со стариками в конических шляпах.
В преддверии летней Олимпиады, когда к Китаю будут прикованы все фотообъективы мира, мы совершили свой фототур по стране.
Шанхай стремится в поднебесье
Путешествие началось в Шанхае в самый разгар ненастья – буквально накануне мощный тайфун обрушил стену дождя на город. Впрочем, совершенно «не фотографические» погодные условия не мешали поражаться уходящим в небо высотным зданиям, врезающимся в тучи. Вообще погода в Китае не баловала: то светило жесткое солнце на безоблачном, почти мертвом для съемки пейзажей небе, то плотные тучи и туман заволакивали пространство, съедая краски. В прошлом провинциальный рыбацкий поселок, к началу XX века Шанхай стал аванпостом богатой жизни, моды и декаданса. В западных языках у города существовало много других прозваний: «Восточный Париж», «Королева Востока», «Жемчужина Востока» и даже «Шлюха Азии». Последнее имя Шанхай приобрел потому, что в 20–30-х годах прошлого века, именно он стал средоточием наркоторговли и проституции.
Современный Шанхай строится и осовременивается так быстро что, возвратившись сюда через два-три года, вы можете его и не узнать. От древнего города остались, пожалуй, лишь парк Юйюань, древняя крепостная башня с небольшим фрагментом стены и чайная, построенная еще в XVI веке посреди небольшого озера с красными карпами. Среди небоскребов из стекла и бетона пока еще можно встретить дома, построенные в колониальную пору – времена, когда Шанхай был разделен на несколько «концессий», заселенных сначала британцами, а позднее французами, американцами и японцами. Скромные остатки строений той эпохи сохранила набережная Вайтань вдоль реки Хуанпу. Но с каждым годом таких построек становится все меньше и меньше.
Желтые горы Хуаншань
Вторым этапом фототура стали горы Хуаншань, расположенные в южной части провинции Аньхой, на юго-востоке страны. Эта удивительная «роща» горных пиков, заслуженно считается одним из красивейших мест в мире. По происхождению, это вулканические пробки, родственники Долины монументов в США, но имеют совершенно другой вид. Хуаншань переводится как «Желтые горы», но так они назывались не всегда – их древнее название – Ишань («Черные горы»). Согласно преданиям, китайские императоры часто приезжали сюда заниматься даосскими практиками на фоне удивительных пейзажей. Император Сюань Цзун, правитель династии Тан, решил придать горам высочайший статус и приказал заменить название на Хуаншань, поскольку желтый цвет – это цвет императорской власти. Известна даже точная дата смены таблички: 6-й год правления, 17-й день 6-го лунного месяца (747 год нашей эры). К горам Хуаншань мы добирались из небольшого города Туньси, другое название Хуаншань Ши, на автобусах, посетив по пути старинные деревеньки Сидицунь и Хуцунь.
Первое, что бросилось в глаза по приезде – явное несоответствие природного оригинала ранее виденным изображениям «Желтых гор». Художники обычно рисуют рядом с горами прекрасную реку, по которой плавают изящные китайские лодочки и груженые барки. Горы стояли на месте, но судоходной реки не было. Как оказалось, водное пространство просто-напросто пририсовывалось к Хуаншань для придания пейзажу еще большей красоты. Скорее всего китайские пейзажисты «переносят» склоны прекрасных гор на берег реки Ли, но доподлинно это неизвестно. Красота Желтых гор поражала воображение живописцев не одно тысячелетие. Еще в древности китайские мастера сформулировали «четыре непревзойденности» Хуаншаня: сказочные сосны, туманные моря, гротескные пики и минеральные источники. С тех пор мало что изменилось и фантастические пейзажи, по-прежнему покоряют своей красотой туристов и фотографов всего мира. Местные сосны, сами по себе удивительный ботанический феномен, имеют настолько причудливые формы, что многие из них получили поэтичные персональные имена: «Встречающая гостей», «Лежащий дракон», «Черный тигр»… Не меньше впечатляет и форма древних скалистых вершин, иногда залитых солнцем, но 250 дней в году таинственно проступающих сквозь туман.
Центром горного массива считается группа пиков: Ляньхуа – цветок лотоса (самый высокий), Тяньду и Гуанминдин – все высотой больше1800 метров. К центральному массиву Хуаншань относят 72 вершины, ровно половина больших и половина малых. Число 72 в китайской культуре имеет особый смысл законченности, системности и гармонии.
Горы хороши со всех ракурсов, но самые интересные, конечно, открываются сверху. Чтобы подняться на вершину, нужно взобраться по многочисленным ступенькам, преодолевая кажущуюся бесконечной боль в ногах. Но мучения того стоят – наверху взору открывается дивный пейзаж из каменных пиков, на которых растут деревья причудливой формы. В густом тумане горы Хуаншань выглядели как будто сошедшими с гравюр древнекитайских мандаринов.
Рис, бакланы и китайский чай
Следующий пункт фотопутешествия – знаменитая река Ли в Гуйлине. Эта река известна древней традицией рыбной ловли при помощи бакланов. Сегодня ритуал превратился в туристический аттракцион, и каждую ночь рыбаки в конических соломенных шляпах на бамбуковых плотах оснащенных фонариками выходят на работу – развлекать туристов. Птицам перехватывают горло железными обручами и держат голодными на специальных поводках, словно собак. Как известно, бакланы питаются рыбой, ныряя за ней в воду. Поймав добычу, птица изо всех сил пытается проглотить свой улов, но, увы, он застревает в глотке, перетянутой обручем, и глупый птах с торчащим из клюва рыбьим хвостом и растерянными глазами при помощи поводка водружается хозяином на плот. Рыбак вытаскивает из горла баклана добычу, а птицу отпускает за следующей жертвой. И так продолжается до тех пор, пока корзина не наполнится свежей рыбой. После рыбалки бакланов, конечно, покормят, но, честно сказать, мучительные попытки голодных птиц поужинать по-человечески вызвали у меня больше жалости, чем восхищения.
Еще одна культурная достопримечательность, которую нам довелось увидеть – рисовые поля. Как и много сотен лет назад рис выращивается на специальных террасах, живописными ступенями спускающихся вниз. Здесь не рассчитывают на дождь, а посему террасы располагаются на склонах гор, чтобы стекающая с вершин вода поливала посевы. Нередко в специальных заводях китайские крестьяне разводят карпа, так что получается что-то наподобие рисорыбной плантации. Рис, как и прежде, обрабатывают в Китае вручную, лишь в некоторых районах этот процесс частично механизирован. На юге страны крестьяне собирают два-три урожая в год. Рис – это китайское все, даже одно из приветствий местных жителей звучит как «Чи фам лэ ма?», что в переводе «Вы уже ели рис сегодня?».
Если вы уже поели китайского риса, то следующий древний ритуал, в котором необходимо поучаствовать – чайная церемония. Какого только чая в Китае нет: зеленый, красный, белый, желтый, черный, в общем, всех цветов и вкусов! Первое письменное упоминание о чае относится к 1115 году до нашей эры, древний манускрипт описывает «улучшение мысли», обретение состояния бодрости, легкости и «прояснения зрения» после употребления чая. В те стародавние времена чай преподносился в качестве дара могущественным правителям, использовался в траурных ритуалах и как лекарство. В чайной церемонии большое значение уделяется выбору воды для заваривания. Если при кипячении вода мутнеет, дает осадок или маслянистую пленку, ее не следует использовать для чаепития.
Традиционно чайная посуда хранится вне кухни, заваривание чая тоже происходит в специально отведенном месте, чтобы никакие посторонние запахи не повлияли на его аромат. Китайские императоры пользовались посудой из золота и серебра. Современные китайцы отказались от металла, справедливо считая, что он портит букет напитка, и перешли на фарфоровые и керамические емкости. Даже ложечку или совок, которыми насыпают чай, делают из фарфора или бамбука.
Фото: Дмитрий Моисеенко
Текст: Светлана Соколова
Popularity: 4% [?]
Популярное